Михаил Ковальчук, «КУРЧАТОВСКИЙ»

Беседовал Евгений ДОДОЛЕВ. 

Отец моего собеседника, Михаила Ковальчука, с детства бредил военной карьерой. Но вначале поступил на истфак, а лишь затем все-таки окончил адъюнктуру Военно-морской академии. Преподавал в Севастопольском военно-морском училище, а во время Второй мировой служил в Главном штабе советского флота. А после демобилизации стал известнейшим специалистом по истории блокады Ленинграда: это он обнародовал информацию об истинном числе жертв. Спасать ученого от репрессий за разглашение пришлось самому маршалу Жукову. Михаил Валентинович, старший из братьев Ковальчуков, с 2005 года возглавляет Курчатовский институт, с 2015 года — в качестве президента НИЦ. Значение института для нашей оборонки переоценить трудно.

 

Не про «вредителей» 

— В начале 1990-х академики Абалкин, Шаталин, Шмелев говорили, что отечественная наука, экономика, промышленность целенаправленно разрушаются младореформаторами. Это миф, что наша наука намеренно разрушалась?

— Как говорил один великий человек, слова — это про любовь, а про дело — это бумаги и деньги. Ведь очень сложно окрасить только двумя цветами любой процесс. На самом деле наука, безусловно, разрушалась. В первую очередь отсутствием финансирования. Рухнула промышленность, исчезли заказы. Денег у государства нет, цены на нефть низкие. И люди побежали, как крысы с тонущего корабля.

Но в этом процессе было несколько разных аспектов. Когда говорили, что уехали лучшие — это неправда. Вот вы живете в квартире, и вам надо делать ремонт. Конечно, вы испытываете неудобство. А если позволяют возможности, можно выехать, например, в гостиницу и переждать, пока кто-то сделает за вас ремонт, реконструкцию.

— Когда речь заходит о финансировании, люди говорят, что Ковальчук — друг Путина, поэтому у него и бюджеты. В другой ситуации у «Курчатовского» дела были бы не так хороши… 

— Когда я сюда пришел, бюджет был 300 миллионов рублей. Плюс полтора или два миллиона иностранной технической помощи, которая шла в основном на уничтожение нашего атомного потенциала под видом его поддержки. Наши «партнеры», когда пришли, сказали: «Смотрите, у вас все технологии отсталые. Давайте мы сейчас остановим ваши заводы, дальше мы вас проинвестируем — поставим новые технологии. И вы через какое-то время будете производить ультрасовременную высококонкурентоспособную продукцию. Ну а пока мы вам завезем свои продукты, самолеты, автомобили, корабли…» Это было целенаправленное уничтожение потенциала великой страны.

А ведь в наших бывших союзных республиках, к примеру, в Прибалтике, была первоклассная советская наука. Ее сегодня нет вообще! Например, в Тарту еще в советское время работал институт физики. Мы с ним сотрудничали. Сегодня там сидят разные фирмы, которые припаивают контакты к какой-то ерунде, которую им привозят с Запада.

В Латвии производились электрички, микроавтобусы РАФ, приемники ВЭФ, которые шли на экспорт. Я уже не говорю о духах, трикотаже, специальной военной продукции, наконец. Сегодня там вместо этих заводов либо открыты торговые центры, либо гуляет ветер.

Так вот с нами делали то же самое, но не получилось. И не потому, что Ковальчук чей-то родственник или брат, а потому что меня мама так воспитала. 

 

Не про «лириков»

— Ваши родители — историки. Как получилось, что сыновья стали заниматься физикой? Почему? В знак протеста?

.......
Для продолжения чтения, пожалуйста, войдите под своей учетной записью или скачайте наше приложение (полный текст, аудио- и видеоматериалы, больше фото):